Какие спектакли Александринского театра вы ждёте больше всего в сезоне 2026/2027?
Конечно же, жду успешного спектакля. В этом году мы получили «Золотую маску» за «Обломова» в постановке Андрея Прикотенко. Я занят в этом спектакле (Мардарь играет Михея Тарантьева — прим. ред.) И вот такого рода успехи, такие спектакли, вот их ожидаю, естественно.
Жду что-то такое новое, интересное, для меня нелегкое. Я хочу, чтобы это была работа, которая очистит от актёрских штампов, обновит. Вот такие, наверное, я жду спектакли.
Фото: Александринский театр
А по каким спектаклям Александринки вы скучаете?
По «Сирано». Ещё мне очень нравится спектакль «Дети солнца» в постановке Николая Рощина. «Процесс» недавно сняли. Наверное, буду и по нему скучать. Любил этот спектакль. Он был для меня затратный — эмоционально и физически. И такое мне нравится.
На ваш взгляд, почему из Александринки ушёл «Процесс»?
По разным причинам. С одной стороны, спектакль населённый — никак не включается в логистику. Затратно финансово и хозяйственно. Кроме того, появились новые постановки.
Есть ведь определенный предел мощностей, я имею в виду в плане хранения декораций. Мы не резиновые, поэтому приходится от чего-то отказываться. Что-то уходит. Это нормальный живой процесс. Дело не в том, что актёры плохо играют или спектакль плохой. Просто очень много нюансов.
«Процесс» — замечательный спектакль, на мой взгляд. И Ваня Трус, который играет главного героя, просто гениальный артист наш. Отличная работа художника Маши Трегубовой. Просто что-то есть, чего не удержать. И зачем держать? Лучше сделать что-то новое. Как в жизни.
Фото: Александринский театр
С кем из режиссёров вам нравится работать больше всего? Можете выделить?
Интересно было работать с моим учителем Зиновием Корогодским, как с режиссёром-педагогом. Я никогда не забуду наши замечательные репетиции.
Очень люблю Эберхарда Кёлера, который долгое время работал с Театром Поколений. Немецкий режиссер. Замечательный парень, просто фантастический.
Николай Рощин, которого я застал как главного режиссёра Александринского театра. Мне посчастливилось с ним поработать — мы выпустили четыре спектакля.
Ещё Валерий Владимирович Фокин. Полноценно поработал с ним только недавно, когда мы выпускали «Ревизора». Это магия, конечно. Видеть, как человек владеет профессией на каком-то фантастическом уровне.
Фото: Александринский театр
Могу назвать ещё Виктора Рыжакова. Просто одно удовольствие было выпускать с ним спектакль «Оптимистическая трагедия». С Андреем Прикотенко интересно очень было работать над «Обломовым». И Аттила Виднянский — венгерский режиссёр замечательный. Просто повезло работать с такими людьми.
А есть постановщики, с которыми вы ещё не сотрудничали, но хотели бы?
С Яном Фабром хотел бы поработать. А другие... Этих режиссеров уже нет, к сожалению, в живых. Даст Бог, на том свете все работают, все играют, и можно будет там поработать, надеюсь.
Со всеми талантливыми режиссёрами хотелось бы поработать. Сложно назвать конкретные имена. Вот сделать бы собирательный образ, как, помните, Агафья Тихоновна в «Женитьбе» Гоголя: нос бы Балтазар Балтазарыча, уши Иван Палыча.
Дай Бог силы, здоровья вообще заниматься этим долго-долго. А там уже не так важно с кем. С кем бы хотелось, с кем бы не хотелось — нет такого, нет критериев. Лишь бы было. Потому что уже на химическом уровне зависишь от этого.
♦ Больше интересного — в полном выпуске. В интервью нашему проекту «Сноска» Сергей Мардарь рассказал, как он стал голосом «Смешариков» и что происходит за закрытыми дверями студии.
Ещё о героях из Ромашковой долины:
Тест «Кто вы из Смешариков?»
«Смешарики»: кто озвучивает героев мультфильма
От весёлых песен до отсылок на Тарковского: почему «Смешарики» популярны до сих пор
Больше интересного — в нашей еженедельной рассылке. Подпишитесь на неё внизу этой страницы.