Ленинградский андеграунд, сны Бананана, историческая память: выставка Сергея Бугаева-Африки в МИСП

Сергей Бугаев‑Африка — человек-оркестр, без которого невозможно представить культуру позднего СССР. Он был в числе лидеров объединения «Новые художники», сыграл мальчика Бананана в легендарной драме «Асса»  Сергея Соловьёва, а также выступал с перформанс-проектом «Поп‑механика» Сергея Курёхина, группами «Кино» и «Звуки Му».

После бурной «перестроечной» эпохи Бугаев продолжил проявлять себя в самых разных амплуа. Он занимал должность помощника депутата партии «Яблоко» Юрия Щекочихина, работал на радио «Рекорд», выпускал книги. При этом художник не прекращал творческую деятельность, хотя его репутация легенды андеграунда порой страдала из-за скандалов.


В первом ряду (слева направо) Сергей Бугаев и Андрей Крисанов. Во втором ряду (слева направо) Юрий Каспарян, Виктор Цой, Георгий Гурьянов, Александр Давыдов, Джоанна Стингрей, Сергей Курёхин в футболках MTV. 1989 год. Фото: предоставлено Музеем искусств Петербурга ХХ-ХХI веков

В общем, разобраться в творчестве такой многогранной личности, как Бугаев‑Африка, — задача не из лёгких. Здесь важно не упустить ни одной детали, которая поможет понять его художественную вселенную. 

Надо сказать, Музею искусств Петербурга ХХ-ХХI веков удалось представить максимально полный образ художника. На выставке «Африка. Сергей Бугаев» кураторы собрали не только его работы, но и архивные фото, которые переносят посетителей в Ленинград 80–90‑х. Например, на одном из снимков Виктор Цой жарит яичницу на кухне, а на другом — Тимур Новиков изучает книгу «Философия Энди Уорхола». Кажется, будто через пару минут они снова соберутся вместе и будут петь и смеяться.

Выставка заняла почти 10 залов в особняке Алафузова. Планировка оказалась такой же разной, как и творчество самого Бугаева: в одних помещениях просторно и светло, а в других — тесновато, почти имнтимно. Так, в тёмной ванной можно погрузиться в сны Бананана, а в более вместительных залах — познакомиться с ключевыми сериями работ.
 

Вставьте изображения... (на данный момент работает только в материалах блога)

Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Курёхин, Цой, американские гении и все-все

В начале экспозиции вас встретит карта с рекомендованным маршрутом. Но поверьте, здесь можно (и даже нужно!) нарушать эту последовательность: начните с зала «Клуб друзей Маяковского», который обозначен под номером 6. Его название отсылает к арт-объединению, созданному в 1986 году Тимуром Новиковым.

Это самый насыщенный зал: стены плотно увешаны картинами, плакатами и снимками — на многих из них запечатлены яркие представители ленинградского андеграунда и зарубежные звёзды.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Но даже на фоне этого многообразия взгляд сразу падает на огромную бутылку в витрине, рядом с которой притаился чёрный квадрат — очевидный оммаж Малевичу. Эти, на первый взгляд, не связанные вещи, относятся к перфомансу «Водная симфония».

В 1988 году Курёхин, Новиков и Бугаев встретили в Ленинграде американского композитора Джона Кейджа — автора композиции «4’33», «звучащей» в полной тишине четыре с половиной минуты. Вместе они отправились гулять по городу, случайно нашли ту самую бутылку — и решили неожиданным образом объединить русский и американский авангард. 

Бугаев положил на пол чёрный квадрат, после чего остальные начали по нему ходить и переливать воду из маленьких бутылок в большую. Кейджу перфоманс явно понравился: на фотографиях можно заметить его искренний, по‑детски радостный смех и полную вовлечённость в происходящее.
 

Вставьте изображения... (на данный момент работает только в материалах блога)

Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Кстати, здесь вообще много экспонатов, показывающих русско‑американские связи. И это не выглядит как хвастовство, а скорее напоминает о забытом многими уникальным опыте 1980‑х. Как отмечает сам Сергей Бугаев, его поколение особенное: оно стало первым и последним, кому удалось прорваться из андеграунда и по‑настоящему влиться в мировое культурное сообщество.

Сегодня это кажется невероятным, но Бугаев создал костюмы для спектакля Мерса Каннингема в Нью‑Йорке (на выставке даже есть афиша той постановки). А ещё он общался с дизайнером Джоном Гальяно, заочно знал Энди Уорхола и даже представлял Россию на 48‑й Венецианской биеннале.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Отчасти этому успеху способствовали люди, окружавшие художника в Ленинграде. В небольшой комнате по соседству с залом №6 в полной мере удаётся ощутить беззаботную атмосферу восьмидесятых.

Размещённые на ПВХ‑растяжках фотографии, словно вырванные из старой киноплёнки, показывают людей, которые просто живут и творят. Их лёгкое отношение к трудностям перекликается со строками группы «Кино»: «Мой дом был пуст, теперь народу там полно / В который раз мои друзья там пьют вино / И кто-то занял туалет уже давно / Разбив окно, но мне уже, признаться, всё равно».

За эти любопытные снимки стоит поблагодарить Джоанну Стингрей. Во время туристической поездки в СССР она познакомилась с представителями ленинградского андеграунда и увлеклась русским роком, впоследствии став его популяризатором на Западе.

Каждый снимок сопровождается поясняющими или ироничными заметками. Например, под фотографией застолья с яичницей стоит подпись: «Это не Глазунов» (вероятно, имеется в виду художник Илья Глазунов), а под другой — «Цой считает мелочь, заработанную на квартирнике».
 

Вставьте изображения... (на данный момент работает только в материалах блога)

Фото: Мария Десяткова / Горбилет

«Скованные одной цепью»

Самый светлый зал музея посвящён проекту «Индустриальное бессознательное», который впервые был представлен на 48‑й Венецианской биеннале в 1999 году. Тогда работа символизировала процесс размывания коллективной памяти и трансформации культурного кода после распада СССР.

На выставке частью проекта становится даже окружающее пространство: зритель попадает в промышленных цех, где стены и пол выложены авторскими эмалевыми пластинами, имитирующими плитку. На небольших кусочках проступают абстрактные узоры, символы минувших времён и мотивы индустриальной эстетики.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Но центральный образ инсталляции — гигантская лопата. Отсылая к монументу «Рабочий и колхозница», она переосмысляет его суть: на смену традиционным серпу и молоту приходит лопата. Ирония здесь ощутима — образ одновременно подшучивает над прежними идеологическими штампами и заставляет задуматься о том, как изменились представления о труде в новую эпоху.

Стоит сказать, что Бугаев серьёзно изучал, как распад СССР повлиял на сознание людей. Для этого он даже работал в крымской психиатрической лечебнице, где наблюдал, как глобальные геополитические сдвиги отражаются на восприятии мира пациентами.
 

Вставьте изображения... (на данный момент работает только в материалах блога)

Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Фанат ребусов и шарад

Ещё один зал целиком отдан под многолетний цикл работ «Ребус». Интерес к головоломкам у Бугаева возник ещё в детстве: он увлечённо перерисовывал их из журналов и со временем собрал огромный архив, который стал основой для очередного художественного исследования. В нём автор рассуждает о природе языка после распада СССР и роли зрителя как соавтора.

Главные работы цикла художник выполнил на больших медных пластинах. И, конечно, такой материал выбран не просто так. Со временем медь темнеет и покрывается налётом — похожим образом меняются наши воспоминания и то, какой смысл мы придаём разным словам и знакам.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет

Кислота, которой Бугаев обрабатывал поверхность, слегка размыла линии. Получилось, что изображения уже не так однозначны, и зритель сам решает, в чём их смысл. А ещё пластины красиво отражают свет: блики и тени оживляют работы, немного меняя их восприятие.

Не менее выразительна и отдельная инсталляция, где логика «ребуса» выходит за пределы классических художественных форматов. Художник переносит элементы символических композиций на повседневные предметы — рубашку и чайную пару.
 

Фото: Мария Десяткова / Горбилет

«Я живу в заповедном мире своих снов»

Выставка, разумеется, не обошла стороной культовую драму «Асса», снятую Сергеем Соловьёвым в 1987 году. Бугаев сыграл в ней главную роль —  молодого музыканта по прозвищу Бананан. Фильм стал символом позднего СССР, показав подпольное искусство и борьбу старого с пока ещё не сформировавшимся новым миром.

По одной из версий, название фильма восходит к галерее «Асса», созданной Тимуром Новиковым в начале 1980‑х в расселённой коммунальной квартире на улице Воинова (ныне Шпалерная). Это место превратилось в эпицентр альтернативной культуры. Здесь выставлялось объединение «Новые художники», куда входили Тимур Новиков, Георгий Гурьянов, Сергей Бугаев-Африка и не только. А ещё в галерее репетировали музыканты, проходили импровизированные концерты и показы.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет 

Позже сквот даже сравнивали с арт-студией «Серебряная фабрика» Энди Уорхола, где собиралась нью-йоркская богема. Но, пожалуй, общим у них было только одно: концентрация ярких, неординарных личностей в одном пространстве.

Режиссёр Сергей Соловьёв был настолько очарован атмосферой галереи «Асса», особенно комнатой Бугаева-Африки, что воссоздал её в фильме для персонажа Бананана.

На выставке кураторы переосмыслили эту среду. Здесь представлены работы Новикова и Бугаева, музыкальные инструменты, культовые предметы советской эпохи, например, дисковый телефон и мелкие безделушки. Дополняют атмосферу артефакты из кино: на телевизоре транслируются фрагменты драмы, а в шкафу спрятана кинохлопушка.
 

Фото: Мария Десяткова / Горбилет 

Соседний зал погружает в царство снов Бананана. Пространство здесь намеренно хаотично: исписанные листки разбросаны по полу, на кафельных стенах мерцают видеопроекции, на ванне стоит печатная машинка, а возле унитаза выстроены холсты.

Нарочитая беспорядочность подчёркивает, что грёзы героя «Ассы» — поток сознания, вихрь причудливых и ярких образов. И, конечно, напоминает о главной идее фильма: Бананан живёт «в заповеднике снов», то есть в сказочном мире, который спасает его от жестокой реальности.

На момент съёмок киноленты Бугаев-Африка был очень похож на своего экранного героя. Но сейчас, глядя на его работы, понимаешь: он вовсе не оторван от действительности. Просто художник выбирает свою реальность — ту, что отвечает его внутреннему миру.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет 

Режим работы выставки «АФРИКА. Сергей Бугаев» в МИСП

Посетить выставку можно с 5 июня по 2 августа 2026 года. Во вторник, четверг, пятницу, субботу и воскресенье она работает с 12:00 до 20:00, а в среду — с 14:00 до 21:00. Понедельник — выходной.

Стоимость билета для взрослых составляет 400 ₽, для пенсионеров, школьников, студентов ВУЗов и колледжей — 100 ₽. Дети до 14 лет могут пройти бесплатно.

Кроме того, до 5 июля в МИСП работает выставка «Николай Акимов и ученики», приуроченная к 125-летию режиссёра. Подробнее о ней читайте здесь.


Фото: Мария Десяткова / Горбилет 

Что ещё почитать в блоге:

Подняться в мастерскую Куинджи и отдохнуть в гостиной Бродского: музеи-квартиры художников в Петербурге и Ленобласти

Виллы меценатов, диалог Бродского и Новикова, творческие династии: выставки в Петербурге, которые нельзя пропускать этим летом

«Моё произведение искусства — я сам»: почему стоит побывать в музее-квартире Георгия Гурьянова

Бюрократия, бунт и Алла Пугачёва: как жил Ленинградский рок-клуб

Больше о культурной жизни Петербурга — в нашей рассылке. Подписывайтесь на неё внизу страницы.